На главную Rambler's Top100
Февраль 2016 г.


ФЕВРАЛЬ 2016 года



Премьера книги

Рустам КАРАПЕТЬЯН



Ромашкин и любовь

Про любовь

Пятиклассник Вова Ромашкин влюбился в юную учительницу русского языка и литературы Ирину Федоровну. Никому и ничего он, конечно, рассказывать не стал, а взял и написал анонимную записку. В записке было:

Вы мне очень нравитись!

Записку он вложил в тетрадь с домашним заданием. Тетрадь сдал учительнице.

На следующий день Ирина Федоровна вернула Вове тетрадь. Записка лежала там же. Но красной пастой четким каллиграфическим почерком внизу было выведено:

Написало с ошибками. Плохо!

Пятиклассник Вова Ромашкин не сдался и написал новую записку:

Вы мне очень нраветесь!

Через какое-то время записка вернулась к нему обратно с той же самой формулировкой:

Написало с ошибками. Плохо!

Пятиклассник Вова Ромашкин предпринял третью попытку. В очередной записке говорилось:

Вы мне очень нравeтись!

Ромашкин думает

Но ответ был все тот же:

Написало с ошибками. Плохо!

В отчаянии пятиклассник Вова Ромашкин обратился к орфографическому словарю и наконец составил за вечер образцовое грамотное послание:

Вы мне очень нравитесь!

И случилось чудо! Ответ Ирины Федоровны гласил:

Вот теперь молодец! Отлично! Прости, Вова, но я уже замужем.

И зачем, спрашивается, столько времени голову морочила? Вова Ромашкин обиделся и влюбился в юную учительницу математики Наталью Андреевну. Никому и ничего он, конечно, рассказывать не стал, а взял и написал анонимную записку. В записке было:

В.Р. + Н.А. = Л.

Записку он вложил в тетрадь с домашним заданием. Тетрадь сдал учительнице.

На следующий день, получив назад тетрадь, Вова с замиранием сердца прочитал ответ Натальи Андреевны:

Чему равно B?
Чему равно P?
Чему равно H?
Чему равно A?

Вовка горько вздохнул, разлюбил Наталью Андреевну и влюбился в двоечницу Сидорову. И жили они долго и счастливо.



Секретная записка

Когда Ромашкин влюбился в Сидорову Наташу, он тут же решил послать ей записку. В записке он хотел написать так:

Сидорова Наташа, ты самая лучшая! Вова Ромашкин.

Хотел, хотел, да передумал. А вдруг записку кто-нибудь перехватит? Поэтому он решил написать так:

Наташа С., ты самая лучшая! Вова Р.

Но тут он сообразил, что в классе всего одна Наташа С. и всего один Вова Р. Поэтому он решил написать так:

Наташа, ты самая лучшия! Вова.

Или нет, лучше так:

Н., ты самая лучшая! В.

Он уже почти начал писать, но тут его осенило, что на букву «Н» в классе есть еще всего лишь одна девчонка — Настя. И она, как назло, уже вторую неделю болеет. Ну а на букву «В», кроме Вовки, в классе никого нет. Поэтому Вовка решил изменить текст, и вместо имен вставить фамилии. Получилось так:

С., я тебя люблю! Р.

Он хотел уже было подкинуть записку Наташе Сидоровой, но тут сообразил, что если кто-то вдруг заметит, как он это делает, то все равно догадается, кто такие С. и Р. Поэтому Вова Ромашкин порвал записку на мелкие кусочки и в новой записке написал так:

С., ты — дура! Р.

На перемене он незаметно подбросил записку в портфель Наташе. Перед следующим уроком Сидорова нашла записку.



С замиранием сердца Ромашкин следил, как Сидорова разворачивает его любовное послание. Сидорова записку прочитала, пожала плечами и передала ее своей соседке Светке. Та прочитала, густо покраснела, схватила учебник и дала им по голове ничего не подозревающему Ромке. А Ромка обиделся, и весь урок потом стрелял в Светку бумажками из трубочки. Пока учительница не оставила его после уроков. И Светку тоже оставила. За то, что та, когда ей надоело, что в нее стреляют, прямо посреди урока еще раз Ромке учебником врезала.



В общем, досталось Светке с Ромкой из-за чужой любви. А на следующий день они вместе в кино пошли. Вот как их Вовкина записка сдружила! А Сидоровой Наташке хоть бы хны! Ни словечка Ромашкину не сказала. Женщины бывают иногда такими недогадливыми!



Тяжелый выбор

В четвертом классе Вова Ромашкин влюбился в Лену. И в Свету. Лена и Света были подружки и ходили все время вместе. Вот Ромашкин их вместе и полюбил. А Лена и Света сказали, что он должен выбрать, кого он любит сильнее. А как же выбрать, если они все время вместе ходят?

Ромашкин выбирает

Вот сидит дома Ромашкин, думает.

— Ты чего грустишь? — спрашивает Мама.

— Мама, — отвечает Вовка, — а что делать если.... если... если...

— Если «что»?

— Ну если... если вот надо одно из двух выбрать, а никак не получается?

— Ну, это просто, — рассмеялась Мама. — Сядь, возьми листочек. И напиши все, что тебе нравится в первом случае. И все, что нравится в другом. А потом сравнишь, и сам поймешь.

— Спасибо, Мама, — обрадовался Вова и побежал за листком.



Он расчертил листок на две половинки. На одной он написал «ЛЕНА». А на другой написал «СВЕТА». А потом начал выписывать все, что ему нравилось. У Лены были очень красивые голубые глаза. Зато у Светы были красивые черные глаза. У Лены был щенок. Зато у Светы был котенок. Лена училась на пятерки и давала списывать. И Света тоже училась хорошо и давала списывать. Лена жила недалеко, в соседнем подъезде. На одной площадке вместе со Светой.

Сидит Ромашкин, снова думает.

— Ты чего опять задумчивый такой? — спрашивает Мама.

— Да вот, — отвечает Вова, — что-то не получается у меня. И так хорошо, и сяк хорошо выходит.

— А ты тогда выпиши на листочек все, что тебе не нравится, — посоветовала Мама.

— Спасибо, Мама, — обрадовался Вова.



Подружки

Он перевернул листок, еще раз расчертил его на две половинки. На одной он написал «ЛЕНКА». А на другой написал «СВЕТКА». И начал выписывать все, что ему не нравилось. Ленка дразнила его Вовкой-морковкой. Зато Светка дразнила его: «Ромашка-букашка». Ленка носила дурацкую шапку. Зато Светка ходила в дурацкой куртке. Ленка была выше его ростом. И Светка была выше его ростом. И живет Ленка в доме без лифта аж на пятом этаже. На одной площадке вместе со Светкой.



Сидит Ромашкин, думает.

— Опять не получается? — спросила Мама.

— Не получается, — вздохнул Вовка. — Что делать?

— Ну тогда выбирай, как сердце тебе подскажет. Сердце не обманет, — серьезно сказала Мама.



На следующий день после уроков Вовка на крыльце стоял и прислушивался к сердцу. Лена и Света с любопытством ждали.

— Ну, что? — спросила Лена.

— Да подожди ты, — вздохнул Ромашкин и еще сильнее прислушался к сердцу. Сердце робко молчало. Ромашкин снова вздохнул:

— Не могу вот прямо сейчас выбрать...

— Ну, на сегодня мы тебя прощаем, — сказала Света. — Но завтра ты должен выбрать обязательно.



И девчонки, захихикав, стали спускаться с крыльца. А Ромашкин, как истинный влюбленный рыцарь, поднял их портфели и поплелся за ними. Но когда он сходил с последней ступеньки, его сердце внезапно вздрогнуло и раскрылось. Ромашкин глядел подружкам вслед и совершенно ясно ощущал, кто из них нравится ему сильнее. И тогда он закричал:

— Стойте! Стойте! Я выбрал!

— Кого? — хором спросили обернувшиеся подружки.

— Свету! — закричал Ромашкин. — Я Свету выбрал!

Он догнал девчонок и протянул Лене ее портфель:

— Вот возьми, это твой.



Лена обиженно фыркнула и забрала портфель с веселым Микки-Маусом. Портфель, который был раза в два тяжелее Светкиного. Права была Вовкина Мама: сердце не обманешь!



Знаки внимания

Однажды в Вову Ромашкина влюбилась учительница биологии Екатерина Олеговна. Да так влюбилась — просто сил нет. А Ромашкин на нее ноль внимания. Ромашкин тогда в Наташу Сидорову был влюблен. Екатерина Олеговна и улыбнется Вове, и подмигнет, и слово ласковое скажет — а он даже не замечает. Всё Сидорову свою любит. Видит Екатерина Олеговна, что Ромашкин в упор ее не замечает. «Ну, — думает, — ержись!» — и поставила ему двойку.


Тут Ромашкин, конечно, учительницу биологии заметил. А она обрадовалась и на следующем уроке опять ему двойку поставила. И на следующем. Ромашкин попробовал было прогулять биологию, так Екатерина Олеговна его в коридоре поймала, назад привела, да еще три двойки влепила. И заставила после уроков прийти на дополнительное занятие.


Вот дома видят, что Вова какой-то совсем грустный стал.

— А ну-ка, дай мне свой дневник, — попросил Папа. — О! А это что такое? Пять двоек по биологии?!


Попытался Вова объяснять, что это просто учительница в него влюбилась, и житья ему теперь от нее нет. Да кто ж такому поверит? Заставил Папа Вовку весь учебник от корки до корки выучить. Самолично с Вовкой учил и проверял десять раз!

Вот приходит Ромашкин через несколько дней домой — а у него опять по биологии двойка!

Учительница биологии

Тут уже Папа не выдержал и побежал с утра в школу, чтобы с учительницей поговорить. И попал как раз к уроку биологии. Подошел к дверям и слышит, как Екатерина Олеговна детей расспрашивает:

— Скажи-ка, Таня, а какого цвета лепестки у ромашки?

— Белого, Екатерина Олеговна, — отвечает Таня.

— Молодец, Таня, садись, пять... А скажи-ка, Сережа, а на елке иголки или листочки растут?

— Листочки, Екатерина Олеговна!

— Неправильно, Сережа, на самом деле иголки. Садись, четыре... А теперь пусть Ромашкин нам расскажет о роли дихогамии в процессе перекрестного опыления у крестоцветных. Что, Ромашкин, не знаешь? Не отводи глаза, Ромашкин! В глаза мне смотри! Что, стыдно? Двойка тебе, Ромашкин!


Папа не выдержал, залетел в класс:

— Ага, — говорит, — я все слышал, и сейчас пойду директору жаловаться!


Расплакалась Екатерина Олеговна:

— Не надо, — говорит, — к директору. Я больше не буду. И все двойки ему на пятерки тут же исправлю!

А потом добавила шепотом:

— Вы только скажите ему, чтобы он на меня чуть побольше внимания обращал. Я же все-таки учительница. А то уставится на свою Сидорву — и сидит так весь урок.


Ну, Папа пообещал дома с Вовкой поговорить. Екатерина Олеговна Вовке все двойки исправила и больше его зря не дергала. Сидит Ромашкин счастливый. Почти. Потому что сидит впереди него Сидорова и совсем никакого внимания на Ромашкина не обращает. Сидорова тогда в Борьку Иванова была влюблена. Думал Ромашкин, думал. И придумал:

«А дай-ка я ее за косичку дерну! Может, она тогда на меня внимание обратит?»


И вы знаете, не ошибся Ромашкин. И хоть он учебником по лбу от Сидоровой схлопотал, но уже сидел до конца биологии с улыбкой до ушей. Все представлял, как теперь он на уроке математики Сидорову за косичку дернет.



Любовная записка

Упала Вове Ромашкину записка на парту. Развернул он ее осторожно, так, чтоб учитель не заметил, и прочитал: «Пойдем после уроков в кино?» И подпись внизу: «А.» Обрадовался Вовка. Жаль только вот он не заметил, от кого записка прилетела.

Ромашкин и одноклассницы

Пойдем после уроков в кино? А.

Может быть, от Алины? Посмотрел Вовка на Алину. Симпатичная. И в классе она самая гибкая. Потому что гимнастикой занимается. И вообще спорт любит. А у Вовки к спорту никаких способностей. А вдруг она его начнет заставлять зарядку делать? Или обливаться? «Да нет, не она это, — успокаивает себя Вовка. — Ей же по киношкам ходить некогда, тренировки у нее. Точно — не Алина!»


Может быть, тогда Алёна? Алёна лучшая ученица в классе, и Вовка у нее два раза уже математику списать просил, но она не дала списать ни разу. Неужели передумала? Но она скучная, только про учебу и говорит. И передачи только научные-популярные смотрит. Про что с ней разговаривать? Про математику, что ли? Да нет, не она это. Ей некогда, она учебой занята.


А может быть, тогда это Аглая? Посмотрел Вовка на Аглаю. Она в классе самая-самая красивая. Она на бальные танцы ходит и в конкурсе красоты уже участвовала. И за ней несколько пацанов из класса на год старше ухаживают. Если это она, то ох и достанется же Вовке от них. Вовка поежился и подумал: «Нет, наверняка не она... Но кто же тогда, кто?»



Однокласссники


А может, это Алла? Алла девчонка ничего. У нее светлые волосы и ямочки на щечках, когда смеется. И папа у нее летчик — это круто! И читать она любит про приключения. Да и вообще классная девчонка. Наверное, все-таки она! Стал Вовка на нее коситься. Косился, косился, пока учитель замечание не сделал:

— Чего это ты, Ромашкин, все вертишься? На месте не сидится? Ну, тогда прошу к доске.


Пришлось Вовке к доске топать да двойку получать. Вот что любовь делает — одни неприятности от нее. В общем, обиделся Вовка на Аллу. А она после звонка портфель собрала и мимо Вовки прошла. Даже в его сторону не посмотрела. Стыдно ей, наверное, стало, что Вовка из-за нее двойку получил.


— Ну ладно, — решил Ромашкин, — раз ей так стыдно, то я ее прощу. Только в кино тогда пойдем на боевик!

Только собрался он Аллу позвать, как «бац!» — кто-то его портфелем по спине легонько огрел. Повернулся Вовка, а там Андрей стоит, лыбится:

— Ну что, — говорит, — идем в кино или нет?

— Так это ты записку, что ли, прислал? — догадался Вовка.

— Я, конечно. А кто же еще?

— Тьфу, ты, — расстроился Вовка. Зря только двойку получил.


Но с другой стороны, может, оно и к лучшему. С девчонками столько хлопот разных. А Андрюха — свой в доску. С ним и в войнушку поиграть можно. И о чем угодно поболтать. И в кино сходить.


— А кино — боевик? — уточнил Вовка.

— Спрашиваешь! — возмутился Андрей. — Конечно, боевик. А что ж еще?


Друзья



Рустам Карапетьян
Художник Елена Эргардт
Страничка автора Страничка художника




© 2001 - 2017