Эволюция мозга: безмозглые гении

На моем письменном столе лежит книга трех известных американских ученых о мозге. Авторы книги в предисловии пишут, что читателям, конечно, покажется странным утверждение, будто мысли и чувства человека возникают в его мозгу, но просят прочитать книгу до конца, обещая убедить в этом. Оказывается, многие граждане США этого не знают. Эта книга постоянно напоминает мне, что я могу гордиться школьным образованием нашей страны! Кто из моих юных читателей не знает, что умственную деятельность осуществляет мозг?

У некоторых существ мозг вообще отсутствует. Ну, какой мозг может быть у микроскопических бактерий, у крохотных одноклеточных амеб или инфузорий? Есть животные, у которых мозг крохотный и плохо развит. Самые мозговитые животные — это птицы и млекопитающие. От устройства мозга зависит ум животных и их способность учиться. Однако есть немало животных, у которых мозг с булавочную головку и устроен очень примитивно, а по их поведению можно подумать, что это очень умные существа.

Головастики наших лягушек питаются растительной пищей, но как только у них вырастут ноги и исчезнет хвост, они покидают воду и становятся охотниками, а растительную пищу даже в рот не берут. Лягушата подкарауливают добычу, прицеливаются и выстреливают в нее языком. Язык прилипает к добыче и мгновенно втягивает ее в рот. Кто же учит лягушат охотиться? Да никто! Это их врожденная способность.

Некоторые животные обладают такими сложными врожденными способностями, что просто диву даешься. Например, роющие осы — аммофилы пушистые. Самки этих ос — заботливые матери. В период размножения они роют в песчаной почве норку длиной до 5 сантиметров. Если земля плотная, на это у осы уйдет 2-3 дня. Отдохнув денек, оса отправляется на охоту за мелкими гусеницами бабочек пядениц. Прежде чем нести найденную добычу "домой", ее необходимо обездвижить, и оса вводит яд в каждый сегмент тела гусеницы. Притащив в норку первую добычу, оса откладывает на нее свое яичко, закрывает камешками вход в норку и отправляется за следующей добычей. Ей нужно заготовить с десяток гусениц. Столько наловить за один день обычно не удается. Утром следующего дня оса до начала охоты посещает свою норку, выясняет, сколько гусениц туда следует принести, и когда задание будет выполнено, окончательно запечатывает вход.

Что можно сказать про аммофилу пушистую? Умница? А вот и нет! Дурочка! В этом не трудно убедиться. Если утром после визита в норку осы из нее вынуть 7—8 гусениц, то есть всю находящуюся там добычу вместе с прикрепленным к ней яичком осы, хозяйка положит в пустую норку только 2—3 гусеницы и запечатает ее. За лето аммофила создаст много норок, и если у нее каждый раз отнимать добычу и отложенные ею яички, она этого не заметит и будет вести себя точно так же, как в первый раз.

Как и лягушат, ос-аммофил никто не учит рыть норки, находить и обездвиживать гусениц, приносить их и запечатывать в норке. Такие сложные реакции, которым не нужно учиться, ученые называют врожденными или безусловными рефлексами. Отдельные рефлексы могут выстраиваться в длинные цепочки, где окончание одного рефлекторного акта вызывает начало следующего.

Врожденных рефлексов полно и у человека. Новорожденного ребенка никто не учит плакать, издавать звуки, сосать молоко. Много врожденных рефлексов и у взрослого человека. Благодаря им осуществляется весь процесс пищеварения, а мы даже не знаем, где находится съеденная нами пища и что там с ней происходит. В нервной системе и в мозгу высших животных есть специальные клетки, которые дают команды на осуществление врожденных рефлексов. Они образовались у человека и животных в процессе длительной эволюции, так, у жирафов появилась длинная шея, а у слонов — хобот.

Особенность осуществления цепочек врожденных рефлексов состоит в том, что научиться вмешиваться в них и что-то произвольно менять невозможно. Ведь мы не можем вмешиваться в процесс собственного пищеварения и давать команды своим пищеварительным железам, чтобы они иначе готовили пищеварительные соки. Таким образом, наличие даже чрезвычайно сложных цепей врожденных рефлексов не говорит об уме животного. Ум — это что-то другое.