На главную Rambler's Top100
СЕНТЯБРЬ 2014 г.


СЕНТЯБРЬ 2014 года


Премьера книги

Николай БАРАНОВ

(Начало см. в «Костре» № 10, 2013 г. и «Костре» № 4, 2014)

Там не ты. Последнее обновление


КОНЕЦ ИГРЫ

Потом, обязательно, потом они будут, меняясь, стоять на воротах и бить пенальти. Хотя… сыграть в футбол можно и на компьютере. Без устали бей, лови мяч, — падать не больно, и всегда можно переиграть. В музей? Поморщился. Никогда не понимал геройства людей, стоящих в очереди на выставку. Можно подумать, они, глядя на картину, чувствуют что-то особенное, чего нет на мониторе. Чем же он потом займется с сыном? Может, потом подскажет жена, а сейчас надо идти. Она в студии как раз подбирает материал для новых персонажей игры. Вместо рукопожатия хлопнул сына по козырьку кепки.

Папа с надписью на футболке «power over people»

— Я на работу. А тебя сюрприз ждет. Иди-иди, играй. — И, устремившись к двери, сверкнул флуоресцентной надписью «power over people» на футболке.

— Подожди! Пирожки возьми! — послышалось с кухни.

Сухо щелкнул замок.

— Улетел! — укоризненно заметила бабушка. — Ты чего, плачешь? Ну, иди ко мне! Иди ко мне, мой любимый.

— Ба, отстань!!!

— Ой! — бабушка всплеснула руками. Пирожки посыпались на пол. — Ай-яй-яй! Твоему папе хотела дать с собой.

— Да не нужны ему твои пирожки! И мне не нужны! — прокричал мальчик и хлопнул дверью своей комнаты, откуда вскоре послышалось: — Вот тебе! Вот тебе! Вот!

— Открой, открой, пожалуйста… — Бабушка прислушалась к механическим выкрикам и робко заглянула в комнату: — Ну, не умею я играть в «стрелялки». Отца с матерью попросил бы. Они ж это все и придумывают. Поиграли б с тобой.

— Им некогда! А ты? Ты вообще ничего не умеешь! Зачем ты мне?

— Как это «зачем»? Я твоя бабушка. Ты мой внук.

— Да что ты можешь?

— Любить тебя… — растерялась бабушка.

— Любить! Ха-а! — мальчишка крутанулся в кресле.

— Ты пока не знаешь, что это такое… Что у тебя с лицом?

— Я бессмертный! У-а-а! Ни-че-го у меня с лицом!

— Подожди, очки надену.

Мальчик состроил рожицу бабушке и, развернувшись к компьютеру, зарычал.

Бабушка сквозь большие стекла в толстой оправе пыталась разглядеть внука:

— Да где же ты?

В ответ из колонок раздался плоский голос:

— Ха-а-а-а! Ба, я здесь!

На клавиатуре шевелились клавиши, но на них никто не нажимал. А на мониторе боец в кепке с длинным козырьком приблизился и, заняв весь экран, направил на бабушку оружие:

— Бш! Бш-шшшь! Ха-а-а-а!

— Батюшки! — вскрикнула бабушка. — Ой! Потеряла я тебя! Ой, беда!



Мальчик в отчаянии схватился за козырек кепки...

— Это был я… Я видел, как бабушка прижала руки к груди, охнула и упала в мое кресло. А я не смог выйти из игры! Бабушки не стало... С тех пор я и помогаю тем, кто ради получения обновления не согласится ловить меня. Ведь поймав меня, победит ИГРА. И даже тот, кто играет впервые, не сможет выйти! Идем, надо спешить!

ДВАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ ТРЕТИЙ

«Где-то я уже видел шлейф из проводов вместо дверной ручки? — Димка вспомнил. — У Костика! Вот кто может помочь. Светку с собой брать не будем — девчонка, незачем ей с нами ходить». Он уговорил Серого зайти к знакомому программисту Костику — за помощью.

С сервера загружались последние обновления к игре.

— Вон, вон, во-он Колька?! — Костик поставил паузу. На мониторе, хлопая глазами, застыли две фигурки.

— Похоже, он, — Димка с Серым переглянулись.

Колька

— Подождите, — Костик подсоединил второй монитор. Набрал команду. Взгляд его перемещался по строчкам, где вместо мальчишек появились значки и цифры. — Они.

— Где? Где? — переспросили Димка с Серым.

— Кто-то из них миллион двести восемьдесят шестой, а кто-то двадцать миллионов третий. Последний, наверное, Колька. — Костик провел пальцем по строчке букв и цифр: — Будем разбираться, если успеем!

— Как «если успеем»?!

— Ловушки им уже расставлены — вот команды написаны, видите.

— О кл-а-с-с! — завистливо протянули мальчишки.

— Ничего классного…

— Да ты что?!

— Им предстоит сражаться с теми, кто придумал игру. И шансов у них выиграть нет, и никогда не будет!

— Так, Костик, помоги им!

— Н-нет.

Знакомый программист

— Да ты боишься! — вырвалось у мальчишек.

— Помочь?! — возмутился Костик. — Хватит, один раз «помог»! Где теперь Коля? Если в игре «помочь» им — они никогда из нее не выйдут и не станут взрослыми!

— Да чего ты придумываешь? Просто спаси его один раз! — расстроился Димка.

— Потом еще, и еще раз! Но кем же станет он сам?! — Костик отвлекся от монитора и таинственным голосом произнес: — Представляете! Целая Страна геймеров. Со своим президентом. Попадают туда детьми, на всю жизнь! Подопытные пожизненные герои игр...

Костик открыл смс-сообщение:

— Глядите! «Помоги поймать миллион двести восемьдесят шестого».

— Так ты заодно с этими, которые в игре… Предатель! — расстроился Серый: — Димон, ты к кому меня привел?

Димка огрызнулся:

— У меня другого знакомого программиста нет!

— Успокойтесь. Это сообщение было отправлено с Колькиного номера. Кто-то очень хочет, чтобы я стал играть за Колю!

— Зачем? — не понял Серый.

— Чтобы игра стала интереснее… Не дождутся. Мне кроме игр есть, чем заняться. Тут.

— И чего? — опять не понял Серый.

— В п-принципе, н-нужно убедиться, что его телефон никто не украл.

Шелест клавиш произвел на мальчишек магическое действие. Они догадывались, что сейчас происходило. Но вот как?

— Ага, вижу… — Костик позвонил дяде Саше.

— Дядя Саша, т-телефон Коли дома и подключен к его компьютеру. Посмотрите рядом с компьютером или в компьютере, — сообщил Костик и кивнул ребятам: — Вот так.

— И что теперь? — пытался сообразить Серый.

— Проведайте Колю.

— Зачем?

— Личное общение в компьютерный век — это единственный способ подтверждения того, что мы существуем.

ВЫБОР, ИЛИ «ПОЗВАТЬ ДРУГИХ»

Бессмертные приободрились: нанопрезидент командует им, куда бежать, чтобы поймать Кольку с Мальчиком, а раз так, с него и спрос. По обнаруженному в отсветах хромированных оболочек львов и драконов устаревшему персонажу — Огонь!!! — и готово! Среди цементных панелей заброшенного лабиринта двое из прошлой версии попробовали отстреливаться. На груди нанопрезидента ярко-ярко, ярко-ярко вспыхнул орден. Нанопрезиденту хоть бы что! Рыча, бессмертные дали залп.

Нанопрезидент всмотрелся в лица сраженных. Махнул рукой — опять не те.

Колян, т-а-м — во дворе, в школе на переменках — бегал хорошо, а тут плохо получается. То плечом об углы на поворотах цепляется, то лбом в стенку на бегу.

— Ты чего остановился?

— Ох, помогли бы мне папа с мамой! Да бросил я их. — И до того грустно ему стало. — И Димон с Серым не помогут, я же их обманул! Что может случиться с ребятами из-за меня?

— Могут остаться в игре навсегда. — Мальчишка дернул за руку Кольку. — Скорей!

Колян едва поспевал за ним, запыхавшись, испуганно спросил:

— Ты сможешь им помочь?

— Попробую, если Полковник сразу не превратит их в бесстрашных.

— Ну, это же лучше, чем бессмертные?

— Бессмертные — это люди, забывшие о времени в игре. А бесстрашные существуют только в ИГРЕ. Сколько ты перебил этих бесстрашных, когда играл?

— Много, не помню.





— Ты начинал новую игру, и они, как ни в чем не бывало, снова сражались с тобой! Понимаешь, в жизни так не бывает. Все, что тебе остается в игре, — делать то, что решили за тебя! На самом деле ты не быстрее и ловчее догоняешь, а ловко убегаешь от того, что тебя ждет!

Обида горячей волной ударила Кольку, нога неуверенно встала на ребро кирпича, он споткнулся и растянулся на развалинах стены. Острая боль перехватила дыханье. Не вздохнуть. Воздух, воздух! Он ударил себя в грудь.

— Эаа-ах! — жадно простонал на вдохе. Выдохнул: — Фух, чуть не умер…

— Тихо, они рядом… — прошептал Мальчик. — Ты должен принять решение.

— Какое?

Вдруг над Коляном навис трон с вальяжной фигурой. Орден на груди нанопрезидента светил в лицо. Выпятив грудь и утопив подбородок в шее для пущей важности, нанопрезидент, самодовольно напыжившись, объявил:

— Властью, данной мне, — тут он скользнул взглядом по гербу, пытаясь сообразить, что говорить дальше. Квадратики на гербе замигали разными цветами. — Впрочем, не важно. Приказываю тебе сказать — где тот маленький, который с тобой бегает?

За троном рычали, шипели и исторгали пламя бессмертные. Настоящее представление для детского сада! Кольку разобрал смех.

— Ах, так! — возмутился нанопрезидент. — Залпом — пли!

Вмиг онемевшего, с застывшей улыбкой Кольку свернули в трубочку и вручили нанопрезиденту. Трон взвился и спустя мгновенье приземлился на плацу перед полковником.

— Вот! — нанопрезидент гордо протянул Коляна Полковнику, бойко затараторил: — Поймали. Не хочет признаваться, где Мальчишка прячется. Нужно издать закон, чтобы все говорили правду, кроме нас… — нанопрезидент заискивающе улыбнулся и поправился: — Вас, конечно…

— Я скажу тебе правду! — разозлился Полковник. — Мальчишек было легко поймать, пока они вместе!

— Надо издать наши ежедневные законы, чтобы каждый знал, что, как и когда ему делать. И самый главный закон: не получил обновление — перестал жить! И ловить никого не надо.

Полковника передернуло:

— А если никому обновление не достанется, я один тут воевать буду?!

Страшно. Руки, ноги одеревенели, на застывшем лице странная улыбка. Колька никак не мог отделаться от нее. В конце концов, пусть думают, что он такой храбрый!

— Давай его сюда! — Полковник выхватил свернутого в трубочку Коляна.

— Слезай! — Согнал нанопрезидента. Размотал и приладил Коляна к спинке трона.

— Орден!

— П-жалуста-п-жалуста? — Нанопрезидент торопливо отстегнул свой орден.

— Все будет хорошо, — Полковник, проткнув орденской булавкой, прицепил Кольку к спинке.

— А-ай! — расправив плечи и выйдя из оцепенения, простонал Колька. — Больно же!

— А хочешь, тебе никогда не будет больно?!

— Не знаю…

— Хочешь! — приказал таким голосом Полковник, что Колька со страха подтянул на сиденье ноги и вжался в спинку трона. — Я по телефону твоих друзей пригласил, чтобы ты не скучал.

И тут Колька — если бы не орден, упал бы с трона — увидел ребят, стоявших в тени ангара под прицелом часового на башне. «Вот дураки! Приперлись! И Синичкина — с пакетом мандаринов!»

Полковник поднял руку, и выбежавший из строя бесстрашный протянул супербластер:

— Ну!

— Я… не могу…

— Какая разница! Стрелять в них или в их персонажей в игре? Стреляй! — Полковник схватил супербластер и с перекошенным лицом длинной очередью расстрелял весь полк: — А теперь смотри... Готовьсь!

И бесстрашные лихо вскинулись — и сплелись в кольчугу.

— Разойдись!

Полк на плацу встал ровными шеренгами.

— Но они живые… — Колька посмотрел на приятелей.

— Стреляй! Будешь президентом! Я позвоню, и другие придут вместо этих! Позвать других? Дождь! Дождь откуда?

— Вот вцепился в кресло, как в трон… — пошутил доктор.

ДУШЕВНЫЙ

— Шумы в сердце… — доктор печально смотрел поверх очков на Колькиных родителей.

Ах! Он же совсем еще ребенок! — испугалась Колькина мама.

— А шумы от чего? — спросил Колькин папа.

— Двигаться надо. Тренировать сердце… За компьютером много сидит?

— Постоянно. Что теперь, не играть, что ли?

— Почему же — можно, но не на пустое сердце, — горько усмехнулся доктор, — никого не любя, без настоящих друзей, не прочитав добрую книжку, нельзя!

— Вот, мобильник его, вчера нашел внутри компьютера.

— С отбоем отдаст медсестре, после обеда получит.

Увидел вошедших Колькиных одноклассников:

— К вашему? Это хорошо.

Колька лежал на койке у окна, впервые думал о своей жизни. Думалось нескладно. Где он был и как попал в палату? Взгляд зацепился за сидящих на карнизе, прижавшихся от дождя к стеклу голубей. Ух, и скукотища лежать в кровати днем! Вставать нельзя! Разговаривать нельзя! Ничего нельзя! На соседних койках перешептывались мальчишки — тихо-тихо, чтобы сидящая за стеклянной перегородкой медсестра не услышала. Уж очень она грозная. Ворвется в палату, нависнет над тобой и зловеще так спросит:

— Ты что, поправиться не хочешь? Вот будешь лежать и молчать до обеда! Держи градусник!





И держи, проверит — плохо держал! Перемеривай! Скользкий, холодный — б-р-р!

За ее склоненной головой в белой шапочке потолок темнел. Так-то он белый, и стены противно белые. Пол, пол жуткий, смотреть на него неприятно, холодный, зелено-синий, пока тапочки ногой нашари-и-ишшшь!

Только одному мальчишке медсестра никогда ничего не говорит. Он и так все молчит. Недоверчиво смотрит из-под тонких бровей. Надо бы поговорить с ним. Уж больно таинственный. Сестра называет его душевным. Какой же он душевный, если все время испуганно прячется за подушку?

Колькино думанье зацепилось за рисунок на ладони, линии затейливо переплетались в лабиринты, из которых взгляд пытался найти выход.

Тут послышались голоса.

— Обновление принесли! — с надеждой радостно зашушукались маль- чишки.

Кольке назад в игру совсем не хотелось. Укрылся с головой одеялом. Замер. Авось, не заметят.

— Э-э, не стыдно! — протянула укоризненно медсестра и, повернувшись к Колькиным родителям, пояснила: — Не обращайте внимания. Они все тут немного… дикие. Не отошли еще.

Он вжался в матрац — «только бы не заметили»…

Медсестра откинула одеяло.

И с диким воплем:

— А! А! — Колька выпрыгнул из кровати.

За окном испуганно вспорхнули голуби…

— Все хорошо. Все хорошо… — сильные знакомые руки подхватили его и крепко прижали. — Это мы с мамой.

Потрясенные Димка с Серым тихо бормотали:

— Коль, извини, что так вышло… Костя предупреждал, чтобы мы к тебе в игру на выручку не ходили, что только хуже будет… что ты сам должен… Поправляйся… Утром следующего дня Колька еле дождался, пока у мальчишек закончатся уроки, и позвонил Серому:

— Как дела?

Из трубки послышалось сначала сопение, потом сморкание и хриплым голосом Серый пробасил:

— Нормально, заболел вот.

— А чё так?

— Промок под дождем вчера, пока к тебе ходи- ли… — Серый замолчал.

Колька удивился своему новому ощущению — Серый заболел из-за него!

— О! Ну, поправляйся.

— А-а, проехали…

— Помнишь в палате пугливого мальчишку?

— Ну, вроде...

— Оказалось, у него была тайна. Под подушкой прятал маленькую черную фигурку полковника неизвестной армии. Мама из больницы мальчишку забрала, а фигурку он забыл. Санитарка выкинула ее, а новенький вытащил из помойного ведра и спрятал себе под подушку. Понимаешь?!

— А-га! — Зевнул Серый. — Тайна-то в чем?

В чем тайна, Колька и сам не мог объяснить, он ее просто чувствовал. Помолчал и нарушил повисшую тишину:

— Спасибо Светке передай, мандарины вкусные, всем понравились.

— Вот сам и звони! — буркнул Серый.

— Ну, пока, — Колька посмотрел на телефон — жаль, нет номера мальчишки в кепке с длинным козырьком…

Может, и правда Светке позвонить?

ТАЙНА «POWER OVER PEOPLE»

Он стремительно переступил порог студии. В глазах шальной блеск, взъерошенные волосы, футболка «power over people» во влажных пятнах.

— Слушай, я тут такое придумал! Только гляну, где там наш? Слушай, он в игре! — радостно сообщил жене про маленькую фигурку на мониторе. — Слушай, как настоящий! Круто! Не пойму — что он медлит?! Завис… Ну-у-у, так нельзя! Я помог ему во всем! Пора уже становиться взрослым, а?

Мама мальчика выбрала фотографию для нового персонажа в игре. Фотография напомнила ей сына. Правда, двадцать лет тому назад игроки не носили бандан. Грустно вздохнула:

— Чтобы стать взрослым, надо совершать поступки…

— Слушай, кто ему мешает совершать их?

— Мне кажется, в компьютерной игре совершить поступок невозможно.

— Разве? — пожал плечами и попросил: — Слушай, дай мне черную футболку, в ней легче думается!

На компьютерном кресле резко оттолкнулся от стола и подъехал к стойке с самыми мощными процессорами и растущим числом на маленьком мониторе и, не вставая, переодел свежую футболку.

— Я хочу, чтобы на Земле в мою игру играли все! Мама мальчика поежилась:

— Страшно…

— Отчего?

— Что, если у всех жизнь пройдет за игрой?! Зачем ты заставляешь играть детей в это?

— Слушай, неужели ты не понимаешь? Они, когда вырастут, забудут про все, кроме игры. Это — главное

.

— Но они не станут взрослыми…

— Слушай, ну и что! Не все же им быть генералами.

— Ты все время говоришь мне «слушай», иногда кажется, что ты забыл мое имя.

Она, горько вздохнув, отвернулась к окну. Крупные капли стремительно вылетали из серого тумана и бесследно отскакивали от стекла.

— Ну-у, по-о-отом, слушай… Я придумал: чтобы играли все — я буду раздавать награды! Вдруг число игроков уменьшилось на единицу, потом еще, и еще. Он вернулся к большому монитору и ужаснулся — его сын помогал заигравшимся выйти из игры!

— Что он делает?! Он все портит!

— Ну ладно тебе! Идем домой. Там и спросишь…

— Его надо остановить! Я войду в игру! Я стану полковником...



Полковник почувствовал себя всесильным. Это было начало другой жизни! Он, прошедший в игре столько боев, получил последнее, самое главное, обновление. Теперь он выйдет туда, откуда эти несносные, задающиеся при каждом нажатии кнопки глупые мальчишки попадают в игру. И станет единственным генералом. На Земле.








Николай Баранов
Художник Елена Эргардт
Страничка автора Страничка художника




© 2001 - 2017