На главную Rambler's Top100
ФЕВРАЛЬ 2014 г.


ФЕВРАЛЬ 2014 года



Новые имена. Премьера книги

Анна ГЛЯНЧЕНКО

Новые коньки

Когда Таня появлялась на катке, весь двор замирал. Малыши роняли лопатки на недостроенные снежные замки, мальчишки бросали хоккей, а воробьи на березах переставали чирикать. Таня нежно скользила по льду, кружась легко, как пушинка, и тихонько улыбалась. В свете фонарей поблескивали серебристые снежинки, и казалось, будто сама зима тихонько играет на скрипке ледяным смычком.

— Ух, ты-ы! — не выдерживал вратарь Ванька Четверкин. — Танька, ты прямо принцесса!

Честно говоря, Таня Зайцева на принцессу была не очень похожа. Принцессы — они красивые: в шелковых платьях с кружевами, с коронами в кудрявых волосах и капризные. А Таню капризной точно не назовешь: повредничай тут, когда у тебя шесть братьев и сестер! Нужно и маме помочь с младшими, и успеть быстрее старших занять утром ванную, чтобы почистить зубы и вымыться по-солдатски за пять минут. Не успеешь — Варвара там запрется и будет битый час наводить красоту. Старшая сестра симпатичная, ей многие старшеклассницы завидуют. Не то, что Таня...

Наряды у Тани были тоже далеко не королевскими, приходилось все донашивать за старшими: куртку за Варькой, шапку за Димкой, шарф за Тёмкой. А коньки и вовсе были старенькие — в них еще мама каталась, когда была маленькой.

«Принцесса»... Шутник он, Четверкин. А все равно приятно.



Сегодня вечером Таня кружилась, как обычно, и все следили за ней, затаив дыхание, и слушали сказочную зимнюю музыку.

— Эй, Заяц! Домашку сделала по русскому?

Новенькая Рита Царева из Таниного класса стояла, облокотившись на бортик, и насмешливо смотрела на Таню.

— Ну, чего молчишь? Дай списать!

Рита будто не замечала возмущенных взглядов. Раньше никто не смел прервать сказку, разрушить хрупкое волшебство танца. Таня растерялась, остановилась и пожала плечами.

— Привет, Рита. Ну, пойдем ко мне за тетрадкой.

Таня ушла с катка, и сказка закончилась. Мальчишки принялись лениво гонять шайбу, а малыши печально достраивали домики из снега. Было досадно, что какая-то незнакомая девчонка помешала Тане. Девочки поднялись по лестнице в квартиру, позвонили в звонок. Дверь открыла мама в переднике, руки и щеки ее были испачканы мукой.

— Милости просим! — улыбнулась она.

— Здрасте, — промямлила Рита.

Мама исчезла в кухне, а Таню облепили младшие: Милочка обняла сестру за колени, а Антоша уткнулся носом в бок.

— Тань, возьми Кирюшу, мне звонят! — старшая, Варвара, сунула сестре плачущего малыша и убежала в комнату. С балкона в ванную прошел Артем с гитарой, напевая про зеленого кузнечика, который сидел в траве.

— Хм... и сколько вас здесь живет? — удивилась Рита.

— Восемь человек — нас шестеро, да еще мама с папой. А когда Дима из армии вернется, то будет девять.

— Ничего себе! А комнат у вас сколько?

— Две. Одна для мальчиков, другая для девочек, а папа с мамой на кухне спят. Пойдем чай пить с печеньем?

Большая семья

— Ты знаешь, Зайцева, я тороплюсь. Давай тетрадку, да я побегу.

Рита брезгливо взяла тетрадку за уголок, спрятала ее в портфель и ушла. Даже «спасибо» не сказала.



На следующий день Таня сидела на уроках и удивлялась — почему-то все шептались, глядя на нее, а подружка Маринка пересела к новенькой Царевой. Весь день Таня ловила на себе насмешливые взгляды Риты и не могла понять, что случилось. Может быть, она сделала в домашнем задании какую-то глупую ошибку, и Царева всем об этом разболтала? В конце концов, Таня отвела теперь уже бывшую подругу Маринку в сторону и напрямую спросила:

— Марин, что происходит?

— Да так... Ритка сказала, что вы живете, как селедки в бочке, а спите по очереди, потому что кроватей на всех не хватает. А еще ходите в обносках.

— Глупости какие! — возмутилась Таня. — И ты ей поверила?!

— Не то чтобы. Но, знаешь, ты ко мне не подходи при всех, а то и меня засмеют...

«А мне наплевать! — сердито думала Таня, возвращаясь из школы. — Сейчас пойду на каток, и буду кружиться, и танцевать, и Ванька назовет меня принцессой. И на душе станет хорошо и чисто, как будто ее подмели веником». В витрине спортивного магазина Таня увидела чудо — белоснежные новенькие коньки. Девочка зашла их примерить, коньки пришлись как раз впору. Красота! Правда, стоили они очень дорого — половину папиной зарплаты, но помечтать ведь можно?

Обиженная Таня

Таня почти успокоилась, быстренько сделала домашнее задание и отправилась гулять. Но едва она вышла во двор и заскользила по льду, как услышала за спиной:

— Ха! Да какая же она принцесса? Вон, на рукаве заплатка, а сама рыжая и конопатая. А уж коньки где-то на помойке отыскала, не иначе. И папа у нее никакой не король, а обычный слесарь! Ха-ха-ха!

Краем глаза Таня заметила Риту, которая стояла возле Ваньки и что-то ему рассказывала, давясь от смеха. В глазах у девочки потемнело, голова закружилась — ей казалось, будто весь двор смеется над ней. Таня вдруг споткнулась и упала, больно разбив коленку.

— Ну что, Заяц, докаталась! — захохотала Царева. — Последние штаны порвала, бедняжка!



Тане стало так горько, так стыдно. Она побежала домой, уткнулась носом в подушку и разрыдалась.

— Танюша, что случилось? — испугалась мама.

— Мама, почему я такая некрасивая? Почему я такая несчастная? Почему мы такие бедные? — плакала дочка.

— Глупости, ты очень красивая! И мы не бедные, папа так старается...

В это время в прихожей хлопнула дверь. В комнату влетел старший брат Артем.

— Танька, ты видела? В школе будет соревнование юных фигуристов, ты должна участвовать! Отставить слезы! Мам, да что с ней такое?

Но Таня о соревновании и слышать не хотела. Девочки-фигуристки такие красивые, в сверкающих платьях, в новеньких коньках. Разве Таня сможет с ними соперничать?

— Ну, платье я тебе сошью, будешь самой красивой! — пообещала мама. — А вот коньки придется покупать. Сколько они стоят?

— Очень-очень дорого, мам. Я сегодня видела в спорттоварах. Дай на ухо скажу...

Таня шепнула цену, и брови у мамы удивленно взметнулись вверх. Оказывается, хорошие коньки стоили столько же, сколько ботиночки всех младших ребят вместе взятые.



Спленики

В этот вечер папа с мамой закрылись на кухни долго о чем-то разговаривали. Утром папа собрал семейный совет.

— Дети! — сказал папа. — Тане нужны коньки, чтобы участвовать в конкурсе, но они стоят очень дорого. Мы с мамой не можем принимать такое решение в одиночку. Готовы ли вы целый месяц есть только щи и ни-ка-ких сластей?

— Готовы! — уверенно ответили все, даже маленький Антошка, который всем сердцем ненавидел суп.

— Готовы ли вы, — продолжил папа, — на целый месяц отказаться от зоопарка и кино?

— Готовы! — дружно сказал хор.

— Готов ли я работать дополнительно по субботам? — спросил сам себя папа и ответил. — Готов.

А маленькая Милочка принесла свою копилку с монетками:

— Таня, купи коньки!

— Солнышко, ты же на лошадку собирала!

— Ничего... Я потом снова накоплю, — решила Милочка.



Целый месяц Таня не выходила по вечерам во двор, боясь, что над ней все станут смеяться. По вечерам она украдкой наблюдала из-за шторы, как катаются другие, и вздыхала. Все чаще во дворе стала появляться Рита Царева в короткой розовой шубке. Справедливости ради надо сказать, что каталась она хорошо, и любила описывать круги вокруг Четверкина, красиво встряхивая белокурыми кудряшками.

«Вот Царева — настоящая принцесса», — думала Таня.

Первое время ей было очень грустно, но потихоньку жизнь стала налаживаться. Целую неделю на кухне стучала швейная машинка, и, наконец, мама показала Тане платье. Оно было просто прекрасным: белоснежное, блестящее, расшитое бисером — прямо как у фигуристок из телевизора! Таня примерила его, покрутилась перед зеркалом, и впервые за долгое время почувствовала себя счастливой. В школе за Таниной спиной тоже перестали шептаться — наверное, надоело.

Мама шьет платье

Однажды, когда Таня возвращалась домой из школы, к ней вдруг подбежал Ванька Четверкин.

— Тань, а ты чего больше не катаешься?

— Некогда все, а что?

— Да ничего. Скучно без тебя...

Таня взглянула на каток, где уже выписывала пируэты Рита.

— А как же Царева?

— Да ну ее! Воображала. Приходи, Тань!

Ванька убежал играть, а у Тани словно камень с души упал. Значит, не так плоха она, Таня.



Пролетел месяц, и папа торжественно положил на стол конверт.

— Ну что, дочка, накопили! Завтра пойдем покупать коньки.

Наутро важная процессия из восьми человек направилась к магазину. Всем братьям и сестрам не терпелось посмотреть, как Таня впервые наденет новенькие коньки. На витрине их почему-то не оказалось, хотя еще вчера коньки стояли здесь. У Тани нехорошо засосало под ложечкой: неужели их кто-то купил?

В магазине девочка нос к носу столкнулась с Ритой.

— Ой, привет, Зайцева. А я к соревнованию готовлюсь!

Вокруг Царевой стояло несколько пар самых разных коньков: тут были и розовые, и серебряные, и голубые, и Танины, белые, лежали рядышком.

— Ты вот эти брать не будешь? — Таня выудила из кучи свои коньки.

— А я еще не решила! Положи на место, я первая пришла! — заявила Рита.

— Но у нас на другие денег не хватит, — шепнула Таня папе.

Царева услышала это и злорадно ухмыльнулась:

— Мам, я вот эти хочу, белые.

— Они ведь тебе не понравились! — удивилась мама Риты. — Ты сказала, что очень простенькие. Давай лучше голубые купим, с блестками?

— Нет, хочу эти! Эти хочу!

Коньки в магазине

Царева схватила коробку и с победным видом вышла из магазина. Эти коньки оказались последними, а другие модели стоили намного дороже. Папа, мама, братья и сестренки стояли растерянные и не знали, что делать.

— Пойдемте домой, — печально сказала Таня. — Видно, не судьба.

— Может быть, сходим в другой магазин? — предложила Варвара.

— Нет, не нужны мне никакие коньки. Давайте лучше погуляем!

Они так давно никуда не выходили все вместе. Как хорошо было прокатиться на трамвае до парка, а потом дружно погулять по заснеженным дорожкам, поесть горячих пирожков с повидлом и покормить уток. И ничего, что коньки не купили, ничего...



Таня решила совсем не ходить на соревнование. Зачем? Смотреть, как катается в новеньких коньках Царева? Дома полно дел — вон, Кирюше нужно пеленки постирать, Антону рубашки погладить, десять примеров по математике решить. О-го-го, сколько дел.

— Танюш, ты иди! — сказала мама. — Я сама все сделаю. Может быть, все-таки поучаствуешь? Еще не поздно.

— Мам, ты шутишь? Я там буду, как гадкий утенок!

— Ну и прекрасно! Знаешь, в кого этот утенок превратился в конце сказки?

— Конечно, знаю. В гадкую утку. А про лебедя автор наврал, так не бывает.

Но мама не принимала возражений. Вот еще в такой прекрасный зимний денек дочка надумала торчать дома с пеленками! Успеет еще, когда вырастет.

«Ладно, — подумала Таня, — пойду во дворе покатаюсь, чтобы мама не расстраивалась. Наверное, все ушли на конкурс и никто не будет надо мной смеяться. Как же я тогда свалилась, позор!»

Таня курсировала от бортика к бортику. Мимо катка, как назло, пробежали почти все знакомые ребята — и Варька с подругами, и мальчишки-хоккеисты, и малыши с бабушками. Все спешили на стадион.

Во двор вышел Тёма, за руку он держал Милочку.

— Пошли, Татьяна, хватит дурить! — позвал брат. — Такие соревнования раз в сто лет бывают!

— Ладно, — сдалась Таня, — взгляну одним глазком, как там девчонки катаются. Интересно. Наверное, у всех будут такие красивые платья и острые новенькие коньки!..



На стадионе в этот день был аншлаг. Вся школа пришла поболеть за своих: вон Ванька сидит в первом ряду, вон Маринка, вон Варька с одноклассниками. Соревнование было в самом разгаре: уже откатались десять участниц, осталось всего шестеро. Шесть девочек в разноцветных блестящих платьях сидели на скамейке и ждали своей очереди. Они были похожи на стайку птиц с цветными перышками: розовыми, желтыми, голубыми, фиолетовыми, красными. Последней «птичкой» была Ритка Царева в прекрасном белом платье и в новеньких белоснежных коньках. Тех самых, Таниных.

Аншлаг на стадионе

Рита каталась замечательно: ей даже удалось прыгнуть двойной тулуп, а это, знаете, очень сложная штука. А то, что она чуть не упала, так это от волнения. Проезжая мимо трибуны, Царева заметила Таню и показала ей язык.

9,5 — 9,5 — 9,5 — 9,5 — 9,5 — взметнулись оценки судей. До этого ни одна из девочек не получала выше 9, поэтому Ритка запрыгала и завизжала от радости. Таня увидела, как на каток вышел Ванька-вратарь с большим букетом, и чуть не заплакала.

«Предатель ты, Четверкин, — подумала девочка, — вот тебе и “воображала Царева”».

— Минуточку, у нас еще одна участница, — вдруг сказали в микрофон.

Таня смахнула слезы и приготовилась смотреть выступление, но, странное дело, на лед никто не выходил. Зато возле судейского стола стоял Ванька и что-то отчаянно доказывал, размахивая букетом.

— На каток приглашается Таня Зайцева из 4-го «б», — объявил ведущий.

— Кто, я? — растерялась Таня. — Это какая-то ошибка, я не участвую!

— Иди, Таня! Танцуй! — улыбнулся Ванька, взбегая по лестнице.

Вот так неожиданность! Разве можно кататься без специального платья, без фигурных коньков и даже без музыки? Четверкин определенно сошел с ума!

— Ну, давай же! — уговаривал он.

Тане хотелось провалиться сквозь землю — неужели Ванька не понимает, что она сейчас опозорится при всех? Может быть, он заодно с Царевой и хочет над ней посмеяться?

Таня неуверенно спустилась по ступенькам. Она покраснела от смущения и не знала, что делать.


«Ладно, попробую, — вдруг решилась она. — Будь что будет».

Девочка вышла на лед.

— Вы только посмотрите на нее, — прыснула Рита Царева. — Вот это чучело!

На нее кто-то прикрикнул — кажется, это был Четверкин. Ритка замолчала, и Таня начала кататься.

Весь стадион замер, как зачарованный. Таня танцевала без музыки, но казалось, будто сама зима аккомпанирует ей на скрипке ледяным смычком. И пусть она не прыгала двойных тулупов, зато была легка и нежна, как пушинка, которую носит ветер. Душа ее пела. И никто не замечал, что Таня была в Димкиной шапке, Тёмкином шарфе и Варькиной старой куртке с заплатой на рукаве. И что коньки у нее были старенькие и стоптанные, потому что еще мама каталась в них, когда была маленькой.

«Принцесса...», — шептали восхищенные мальчишки.

— Надо непременно позвать эту девочку в школу олимпийского резерва, — тихо сказала тетенька-тренер, которая сидела в жюри.

Знаете, не нам судить. Наверное, двойные тулупы прыгать сложнее. Наверное, настоящие фигуристки должны быть в блестящих платьях и новых коньках. И, наверное, судьи нарушили все правила на свете, когда подняли вверх таблички:

10! 10! 10! 10! 10!




Анна Глянченко
Художник Ксения Почтенная
Страничка автора Страничка художника




© 2001 - 2017