На главную Rambler's Top100
Январь 2008 г.
Январь 2008 года

Январь 2008 года

Елена Ларичева. Внучка волшебника

Григорий Палыч серым клубком скатился через форточку на подоконник и положил на колени старика конверт.

— Жди гостей, Сергеич, — промурлыкал кот, устраиваясь поудобней на широком подлокотнике кресла. — Люська, дочка твоего племянничка, скоро нагрянет.

— Не нагрянет, Гришенька, а приедет погостить, — поправил кота старик, разворачивая письмо, хотя он и так знал его содержание. Оставалось надеяться, что двенадцатилетняя Люся Камаева не такой спокойный и нелюбознательный ребенок, каким был ее отец в детстве.

Григорий Палыч всем своим видом выказывал недовольство происходящим: серая с серебристым отливом шерсть стояла дыбом, кончик хвоста подергивался.

— Успокойся, Гришенька. Я уверен, вы подружитесь. Не будет же она тебя за усы дергать.

— Я ей подергаю! — зашипел кот.

Старик засмеялся и, погладив кота, встал.

— Запоздало письмецо. Через час поезд прибудет. Пойду девочку встречу, а ты прибери в лавке, двери прикрой. Ну, милый, не мне тебя учить.

Григорий Палыч фыркнул, но послушался. Старичок же поспешно засеменил на вокзал.

* * *

Люся ждала на заснеженном опустевшем перроне, не в решаясь отправиться на поиски дедовой квартиры самостоятельно. С досадой отмахнувшись от надоевшей бабки с пончиками, она села на чемодан. «Посижу еще три минуты, и а потом пойду», — решила она.

Ворона

Когда громкоговоритель объявил о прибытии очередного поезда, к девочке подошел невысокий старичок. Лицо его в тонкую сеточку морщинок казалось серьезным, но из-под седых мохнатых бровей поблескивали веселые карие глаза.

— Здравствуй, внучка, не задремала-то на чемодане? — ласково спросил старик, с интересом разглядывая Люсю.

Девочка немного растерялась. Она почему-то не таким представляла себе двоюродного деда. Отец рассказывал о статном, бойком дядьке с гусарскими усами… А этот?.. Не герой… Небось, живет на окраине, где одни старики. Пропали зимние каникулы!

По дороге домой дед, Сергей Сер-геич Воробьев — инженер на пенсии, как он представился, что-то без умолку тараторил ей о городе, показывал в окно троллейбуса различные достопримечательности, а уставшая Люся только кивала — доехать бы скорей!

Старичок жил неподалеку от остановки на первом этаже двухэтажного домика старой постройки. Дедова квартира оказалась местом весьма впечатляющим: большие комнаты, заставленные массивной старинной мебелью, два стеллажа книг, картины на полстены, в одном из шкафов несколько полок с удивительно красивыми фарфоровыми статуэтками, вьющиеся цветы, подвешенные под потолком… То ли музей, то ли антикварный магазин… Но Люся, к своему i разочарованию, не нашла здесь ни компьютера, ни даже телевизора.

— ДедКот, а ты что вечерами делаешь? Без сериалов тоска!

Девочка закончила обустройство доставшейся комнаты и вышла к деду. Тот, гладя лежащего на его коленях огромного серого котищу, только усмехнулся.

— Нам с Гришенькой сериалы не нужны. У нас дела важные есть. А ты не стесняйся, книг у меня много — почитаешь вечерком.

Люся забралась с ногами в огромное кресло и еще раз обвела глазами комнату. Да, веселья мало. Угораздило же родителей зимой ремонт затеять! Люся наугад выбрала книгу и начала читать. Книга была неинтересной. В ней описывались какие-то военные действия в далекой стране.

Девочка отложила чтение. Дед куда-то ушел. Кот мирно дремал в кресле. И Люся отправилась на разведку. В первую очередь ее заинтересовали фарфоровые фигурки на верхней полке шкафа. Но даже забравшись на табуретку, девочка не смогла до них дотянуться. «Ладно, подождут!» — решила она и заглянула в соседнюю комнату. Там тоже были огромные шкафы, светло-голубые обои с золотистыми розочками, письменный стол, заваленный увеличительными стеклами, странными приборами, толстыми папками… Внимание девочки привлекла резная шкатулка лакированного дерева на подоконнике. Люся открыла ее и обнаружила обычный бумажный веер сиреневого цвета. Она осторожно взмахнула им…

— Карр!

Черная ворона тяжело рухнула на пол. Веер упал рядом.

Кот и глобус

Люся, еще не понимая, что с нею случилось, завертела головой. Все предметы в комнате казались плоскими, нарисованными. Цвета изменились. Люся-ворона неуклюже заковыляла по полу. Она хотела кричать: «Помогите!», но только громко каркала. В голове роились незнакомые прежде вороньи мысли…

— Карр!

Люся пыталась взлететь… Но не знала как. Ведь даже воронам надо этому учиться.

— Мяу!

Серый Гришка, разбуженный вороньим карканьем, стоял на пороге и, похоже, прицеливался к неожиданной добыче. Люся замерла от ужаса.

— Мяу! Ну, что дальше делать будешь? — вдруг спросил кот, лениво потягиваясь.

Удивленная и перепуганная Люся ничего кроме «Карр!» вымолвить не сумела.

— Правильно, не знаешь, — кот уселся рядом. — Летать, я полагаю, тоже не полетишь.

— Карр!

— Верно. Давно бы улетела. Я тебя расколдовать не смогу. И Сергеич, пока не изучит и не настроит этот новый веер, которым ты опрометчиво воспользовалась, тоже не сможет. Так что быть тебе вороной!

— Люся! — вернувшийся старичок мгновенно разобрался в ситуации. — Люся, в первый день, и такое сотворить!

Сергей Сергеич Воробьев заботливо поднял ворону на стол.

— Я предупреждал! — Григорий Палыч оказался рядом. -Я чувствовал, что все закончится именно этим. Началось все с веера, а потом и до двери сиреневой дойдет!

Старичок укоризненно взглянул на кота.

— И не думай, Сергеич! Я учить летать ее не буду! Мне котом быть куда приятней! — категорично заявил Гриша.

— Гришенька, не разочаровывай меня, — мягко произнес старичок.

— Вот еще! Вас, волшебников, разочаруешь! Более беззаботных созданий я за свои триста восемьдесят лет не встречал!

Ново-старгород

И тут кот на глазах у пораженной Люси превратился в попугая. Самого настоящего ярко-оранжевого попугая.

— Ну что, курсант Людмила, приступим к освоению фигур высшего пилотажа? — Гриша подтолкнул Люсю клювом к краю стола. — Полетели!

Он-то взлетел. А неуклюже хлопающую крыльями ворону спас от позорного падения волшебник.

— Попытка номер один успехом не увенчалась! Приступим к попытке номер два, — прокомментировал попугай.

Сергей Сергеич, потеряв интерес к их упражнениям, рассматривал через лупу свой сиреневый веер.

* * *

Через час, когда восторженная, но до сих пор испуганная Люся, не всегда вписываясь в повороты, уже с громким карканьем носилась по квартире наперегонки с котом-попугаем, Сергей Сергеич призвал неугомонную парочку к порядку.

— Похоже, я разобрался с этими чарами, — сказал он, раскрывая шкатулку. — Люся, приготовься, сейчас ты снова станешь собой.

Взмах веера… Люся больно ударилась головой о потолок… Комната сделалась непозволительно маленькой.

— О, нет, Сергеич! Ты все перепутал! Нам жирафы не нужны!

Взмах веера… Люся-змея, извиваясь, шлепнулась на пол. Взмах веера…

Наконец Люся все же стала собой и, боясь к чему-нибудь притронуться, присела на край кресла. Гриша тоже вернулся к прежнему кошачьему облику и теперь деловито умывался.

Сергей Сергеич молча осмотрел их и вернулся в свою комнату. Ошеломленная Люся неуверенно подошла к зеркалу. «Вроде, все в порядке», — решила она, удовлетворившись своим отражением, и повернулась к коту:

— А он и вправду волшебник?

— Самый обычный волшебник. Про таких как он даже в сказках не пишут. Сидит себе и изучает заговоренные веера, причем, мяу, только сиреневые. Где тут подвиги? Я ему еще в молодости говаривал: «Сергеич, давай в укротители драконов пойдем или в заклинатели кладов!» А он, видите ли, веера с детства коллекционирует! — кот возмущенно чихнул и снова принялся умываться.

Люся, осмелев, осторожно взяла с полки какую-то книгу и вернулась в свою комнату. Но сосредоточиться на чтении не удавалось. Впечатления от собственных недавних превращений, говорящий кот и дед-волшебник не давали покоя. Сгорая от любопытства, она направилась к деду.

Кот с глобусом

— Деда, — старичок поднял голову. — Деда, расскажи про веера. Кот сказал, что ты их собираешь.

Сергей Сергеич отложил бумаги и повернулся к девочке.

— Да, Люся, у меня их уже восемьсот шестьдесят четыре. И у каждого свои особенности. Зеленые отвечают за погоду и растения, оранжевые за любовь и ненависть, а сиреневые — за превращения и путешествия. Вот их-то я и коллекционирую. Было время в молодости, когда я путешествовал… — волшебник ностальгически вздохнул.

— Дед, а почему ты в укротители драконов не пошел? -вдруг спросила Люся.

— Это тебе Григорий Палыч нажаловаться успел? — старичок рассмеялся. — Ох, не люблю я этих драконов! Задаются сверх меры, мудрецов из себя строят, огнеопасны… Да и, признаться честно, у меня на них жуткая аллергия. Я покой люблю. Веера вот изучаю, сказки пишу… Даже издавался несколько раз… Под чужими именами, конечно…

Волшебник кивнул в сторону стола, на котором мгновенно возникла внушительная стопка книг. Люся тут же подхватила их и принялась листать. Она уже не сомневалась в реальности всего произошедшего с нею. О, теперь дед не отвертится и расскажет обо всем необычном.

Волшебный город

— Дедуль, а где драконы живут? В озере Лох-Несс? — поинтересовалась она для начала.

— И там, и в других больших озерах… в лесах некоторых… Особенно джунгли Амазонки любят… Но это больше дикие. Ученым драконам тесно здесь стало, уходят они…

— Куда?

Но Сергей Сергеич встал, оправил жилетку и поманил Люсю за собой… В гостиной, за одной из картин, была еще одна комната — с сиреневой дверью.

— Вот, Люсенька, там, за дверцей этой, и находится место, где живут драконы и прочие волшебные создания!

Девочка недоверчиво посмотрела на деда. Но тот продолжал:

— И находится там славный город Ново-Старгород, где я, в общем-то, и работал волшебником.

— А разве волшебниками работают? — не поняла Люся.

— Конечно. Только я сейчас волшебник на пенсии.

Дед распахнул сиреневую дверь. Прохладное дуновение принесло запах каких-то пряностей и лимонной мяты.

— Здесь зима, а там лето, здесь вечер, а там утро, — Сергей Сергеич уверенно переступил порог. — Пора лавку открывать, скоро покупатели набегут. Поможешь мне?

Люся неуверенно кивнула. Утро — вечер? Но спать не хотелось вовсе. Ощущение причастности к чуду и нереальность происходящего будили фантазию… Почему бы и не погулять по сказочным местам? И девочка последовала за дедом.

— Ничего не трогай, пока я тебе не разрешу, — предупредил Люсю Сергей Сергеич, стирая пыль с прилавка. — Все вещи заговоренные. Другими не торгую.

Люся вертела головой. Дед, видя ее замешательство, принялся объяснять:

Волшебная страна

— На верхних полках — все для превращений. Там футляры с сиреневыми веерами, мази, маски, галстуки-бабочки с трансформным эффектом и прочая чушь. Ниже — средства для поиска кладов — колокольчики-самозвоны, термомет-ры-золотоопределители… Есть штуковины и посовременней — лазерный землелокатор, например. Но что все это по сравнению с кладупусом? Его больше тысячи лет используют. Безотказное средство! Но дорогое!

Дед бережно взял в руки маленькую баночку с золотистым мерцающим порошком, повертел, ловя солнечные блики, и снова поставил на место.

— А вот на самых нижних полках, — Сергей Сергеич присел на корточки, указывая на прозрачные коробочки с бантиками, бусинками, серьгами и подвесками, фигурками пузатых стариков и оскалившихся зверей, — охранные амулеты. К ним без моего разрешения вообще не прикасайся. Если не настроены на человека — как током ударить могут. Дед отошел от стеллажей и отворил дверцу висящего за прилавком шкафчика. Там на полках стояли разноцветные пузырьки и баночки.

— Приворотные зелья и отворотные соли, — пояснил он.

— А там что? — Люся указала на книжный шкаф в углу.

— О, здесь волшебные книги и веера разной силы и свойств! Про них я тебе уже рассказывал. Но это не особо ходовой товар. Самое модное и раскупаемое из волшебных товаров — это шляпы для умных мыслей и сумочки-сундуки. Если вторые действительно полезны и удобны, то шляпы… — дед усмехнулся. — Шляпы привлекают тех, кто либо не умеет думать, но хочет выглядеть умным, либо убежденных модников, которые хоть перьями себя утыкают, чтоб современными казаться.

— Вот именно! — подтвердил Григорий Палыч, примеряя ярко-синюю широкополую шляпу с блестящей пряжкой.

— Ой, я, наверно, здесь ни за что не разберусь! — растерялась Люся.

— Разберешься! Шляпку надень, и через час будешь здесь так ориентироваться, словно сама все по полочкам раскладывала.

— Угу, — обреченно вздохнула девочка, надевая крохотную розовую шляпку с бордовой розочкой. Как ни странно, Гришино предсказанье исполнилось, и Люся быстро разобралась, где что лежит.

Близилось время открытия. Утреннее летнее солнце с любопытством всматривалось в огромные витрины…

Девочка выглянула на улицу. Та оказалась мощенной красным кирпичом. Невысокие розовые, светло-голубые и оранжевые домики с затейливыми башенками были такими аккуратными и ухоженными, что казались игрушечными. Некоторые из них под чердаками соединялись мостиками. По улицам, не спеша, шествовали люди в ярких просторных одеждах, дребезжа, проезжали повозки, запряженные почему-то кентаврами в щегольских пиджаках, почти не касаясь земли, проносились роскошные авто. И никто не обращал внимания на Люсю….

— Изучаешь местность? — рядом с ней возник Григорий Палыч с бантиком на шее и с наручными часами на обеих лапах. — А знаешь, почему они на нас не смотрят? Нас для них нет. Вместо ярких витрин они видят стену. — Кот взглянул на часы. — Через пару минут мы станем видимыми. Да и другие магазинчики появятся.

Люся отошла от стеклянных витрин лавки на край тротуара и обернулась.

— Ничего себе! — вырвалось у нее.

Отсюда ей стал виден выкрашенный в цвет кофе с молоком трехэтажный домик, в котором в этом мире обитал волшебник на пенсии Сергей Сергеич Воробьев. Первый этаж, казалось, был вовсе без окон. Только более темный оттенок штукатурки на месте предполагаемых витрин указывал, что здесь мог быть какой-то магазинчик. Под одним из окон второго этажа красовалась темно-красная табличка, на которой крупными белыми буквами было выведено «Ул. Отцветающего Восьмицвета, 18».

— Только четыре шага, а после пустая стена, — прокомментировал Гриша, получив истинное удовольствие, наблюдая за Люсиным удивлением и растерянностью.

— А почему дед здесь не живет? Здесь интересней.

— Твой дед гордится своим родным миром. Он там родился и вырос. А этот, с Ново-Старгородом, ему подарил я, если так можно сказать. Пошли в лавку. Сейчас народ повалит. Десять скоро.

И действительно, только из настенных часов выглянула розовощекая фея, и, почему-то смущаясь, пропела: «Десять часов — с дверки засов!», и, глупо хихикнув, спряталась обратно, звякнул дверной колокольчик. Полная немолодая дама в малиновом платье засеменила к прилавку. Сергей Сергеевич почтительно раскланялся:

— Каролина Карловна! Как вы сегодня прекрасно выглядите! Ваш заказ как раз вчера доставили. Великолепная фантастика!

Он извлек из воздуха четыре книги в черном потертом переплете и протянул толстухе. Люся успела прочесть на обложке «Л. Н. Толстой "Война и мир"». Фантастика?!

Но Каролина Карловна не возразила, а принялась запихивать книги в свою крохотную сумочку. К немалому удивленью девочки, они все там поместились. Толстуха расплатилась и уже собиралась уходить, но заметила Люсю.

— Какое чудо! Оно ваше? — почти прокричала дама и ткнула коротким пальцем в сторону смущенной девочки.

— Да, Каролина Карловна, это Люся, моя внучка. Шестой класс окончила.

— Ой, приводите ее ко мне в школу! Я научу ее рисовать! Ты любишь рисовать? Нет? Все равно приводите!

Дама растрепала русую копну волос на Люсиной голове и поспешила к выходу.

— Какая неприятная! — внучка волшебника пригладила волосы.

— Творческие личности все со странностями. Что с нее взять? Она самая известная художница в городе, — кот расселся на прилавке. — А что «Войну и мир» как фантастику читает, так здесь все, что не про волшебство, — фантастика. Ты еще привыкнешь. А в школу ее идти не советую. Замучает!

Волшебник тем временем пытался продать карлику с бородавчатым носом набор вееров.

— Я тебе говорю: обойдешь с зеленым веером весь огород, ни одного вредителя до конца лета не будет! Ни тли, ни жуков-тыквоедов!… Оранжевым над цветами помашешь - пчелы слетятся. Урожай на ярмарку повезешь — сиреневый пригодится. И все вместе это — семьсот тапиков!

— Пятьсот или ухожу! — заявил карлик, хищно озираясь по сторонам.

— Семьсот, — непреклонно повторил Сергей Сергеич.

Люся потеряла интерес к их спору и вышла на улицу. Теперь можно было увидеть, что практически в каждом доме на первом этаже был либо магазинчик, либо кафе. Яркие броские вывески, флажки, лампочки заманивали прохожих внутрь.

Девочка дошла до перекрестка. Перед ней раскинулся целый город волшебного мира! Необычные существа, заговоренные предметы…

— Куда направляемся, юная леди? — раздался сзади незнакомый голос.

Девочка обернулась. Перед ней стоял кентавр. Как он только умудрился неслышно подкрасться, да еще с повозкой?

— Ты нездешняя. Я тебя раньше не видел, — произнес он, одной рукой разглаживая галстук, другой бороду.

— А вы что, всех жителей знаете? — удивилась Люся.

— Конечно. Я уже сорок лет извозчиком работаю. Всех выучил. Так куда едем?

— Никуда. У меня денег с собой нет, — внучка волшебника опустила голову.

— Не проблема! — ответил кентавр. — Я новичков катаю бесплатно. Садись в повозку. Кстати, меня Бартоломео зовут.

— А меня Люсей.

Девочка, удивляясь своей смелости, устроилась поудобней на скамье, и Бартоломео, не спеша, повез ее на экскурсию по городу.

— Сегодня день не праздничный, народу на улицах мало, видно хорошо. Я сам праздники не люблю — толкотня, шум, хлопушки… Работы никакой… — заявил кентавр, выезжая на площадку у сквера.

Там бойко шла торговля сластями, носились дети, музыканты, внешне похожие на крокодилов, наигрывали марши… В центре площади трое молодых факиров, стоя на голове, выдыхали струи пламени… А Бартоломео, тем временем, продолжал свои рассуждения:

— А что такое праздник в понимании кентавра? Это отдых на природе, желательно в лесу, у речки тихой…

Люся снова отвлеклась. На этот раз ее заинтересовали высокие худые пятиногие существа, похожие на пауков, но с почти человеческими лицами, с вращающимися огромными грустными глазами. Эти удивительные создания неспешно вышагивали по мостовой, порой переступая через ошеломленных прохожих.

— Бартоломео, кто это? — Люся даже привстала, чтобы получше их рассмотреть.

— Болотники, — брезгливо скривился кентавр. — Что их привело сюда? Еще не время для лесных пожаров… Эй, вы! — крикнул он вдруг, задрав голову. — Что в городе делаете?

Болотники остановились и принялись испуганно озираться.

— Эй, длинные, на меня смотрите! — кентавр замахал руками.

Болотники наконец поняли, кто к ним обращается, и, согнув ноги несколько раз, словно спицы у складного зонтика, опустились к Бартоломео и Люсе.

— Нам весь день ходить по город и не найти волшебник, который приручить фея, — басом ответил один из них. Кентавр удивленно поднял бровь.

— Приручить фею? Эти маленькие твари не приручаются! До чего гадкий народец!

— Болотный ведьм сказать, что в Новый-Стар-город жить такой волшебник!

— Знать не знаю! — Бартоломео снял шляпу и чесал затылок.

Болотники выпрямились и собрались уходить.

— Подождите! — вдруг вспомнила Люся. -У моего деда в лавке часы с феей есть!

— Фея… Часы… Деда… Фея… — зашушукались существа.

— Веди нам к деда, — потребовали они через минуту.

«Что я наделала?» — растерялась Люся. Но раз уж пожалела этих длинноногих созданий и проговорилась, то надо вести.

Кентавр без труда нашел дорогу к дедовой лавке, где Сергей Сергеич уже ждал внучку. Нисколько не удивившись прибывшим болотникам, он поздоровался с ? ними и с Бартоломео, а девочке велел пос-* ледить за товаром, пока он поговорит.

Люся понуро затворила дверь и уселась в кресло. Ее не допустили до самого интересного!

Григорий Палыч молча наблюдал за происходящим, лежа на полке с приворотными зельями, а потом промурлыкал:

— Ты сегодня еще не привыкла к чудесам? Правильно, к чудесам привыкать не стоит. Их надо принимать с восхищением и благодарностью. Даже жители Ново-Старгорода, чудесами живущие, радуются им, как дети!

— Прости, котик, — Люся опустила голову. — Мне просто интересно, зачем болотникам искать деда? И при чем здесь фея?

— Люся, при такой любознательности ты просто обязана стать профессиональной волшебницей!

Григорий Палыч спрыгнул с полки и уселся рядом с девочкой.

— Я тебе сейчас расскажу одну историю. Раньше этот мир был очень похож на твой, — начал кот. — А потом… В твоем мире веру в чудеса возложили на технику, а здесь — на людей. И существуют у нас теперь университеты прикладного волшебства, серьезные волшебники фундаментальные исследования ведут… Сергеич тоже когда-то в Ново-Старгородском институте предметного волшебства доцентом работал. Лаборатория у него своя была… А как на пенсию вышел — лавку открыл. Почему бы тебе о волшебном будущем не подумать? — Гришка заговорил совсем тихо. — Чтобы стать настоящей волшебницей, нужно пережить настоящее приключение!

— Какое? — так же тихо спросила Люся.

— Например, отправиться на болота и усмирить приставучих фей. Их сейчас больше, чем комаров развелось…

— Ну так дед сам, наверно, туда отправится…

— Ща, жди! — кот принялся прохаживаться вдоль прилавка. — Лет так тридцать пять, даже пятьдесят назад он еще мог на такой подвиг сподобиться. И то вряд ли. Не практик он. Теоретик. Трактаты научные писал, сказки сочинял… А чтобы в лес самому? Ни-ни!

— А как же фея? Он ведь ее приручил?

— Брось, фея! — кот презрительно посмотрел на часы. — Больная она была. Занесло ее любопытство в засушливый год в город, погибала совсем. Сотрудники из лаборатории Сергеича выловили дурочку, а потом всем институтом лечили. А Сергеич, как на пенсию уходил, так диковинку с собой и прихватил… Сейчас продаст длинноногим настоек каких супротив этой нечисти, да отправит восвояси.

И действительно, вскоре дед вынес болотникам какие-то пузырьки, банку с отворотной солью, а после проводил до перекрестка.

— Убедилась? Наш волшебник до смерти настоящих приключений боится. Ну попутешествовали мы с ним в молодости чуток… Ну и что? Не пошло ему это на пользу.

— А почему ты с ним остался, раз уж так на странствия тянет?

— Привычка, понимаешь. Я Сергеича уважаю, дружим мы с детства. И я по своей воле провожу большую часть своего времени с ним. Он уже старый, я не очень молодой… Как тебе сказать, Люся, дружба накладывает обязательства, прости за пафос…

И кот исчез за сиреневой дверью, оставив Люсю дожидаться деда и раздумывать над его и своей жизнью.

Приключение начинается

На следующее утро в волшебном мире, когда лавка Сергея Сергеича еще была скрыта от прохожих, а сам старичок копался в кладовке, разыскивая очередной заказ, Люся решила побеседовать с феей. Взобравшись на табуретку, девочка осторожно постучалась в деревянную дверцу часов.

— Фея, открой.

— Кто в мои стучится двери? Ну-ка выгляну, проверю!

Щелкнул затвор, и перед Люсей возникла крохотная девчушка. Она была размером с два спичечных коробка, со стрекозиными крылышками и с незабудкой в соломенных волосах. Курносая веснушчатая физиономия малышки расплылась в улыбке.

— Привет! Я Люся, внучка волшебника.

— Знаю, знаю… Я Жозефина, самая образованная фея на свете! — скромно отрекомендовала себя хранительница часов.

— Расскажи мне про ваш народ. Ты знаешь, вчера приходили болотники…

Жозефина скорчила гримаску.

— Не люблю болотников. Рвут наши травы, ломают наши ивы, плетут свои уродливые шалаши на наших прекрасных полянках… Где нам водить хороводы? Где праздновать полнолунье?

— А как сделать, чтобы вы, феи, и болотники в мире жили? — поинтересовалась девочка.

— Ну, — Жозефина задумалась. — Пусть позволяют украшать свои шалаши цветами, пусть не кричат громко… Больше ничего… Хотя… — фея вдруг развеселилась. — Кто их знает, этих глупых болотников, что они не поделили с моими необразованными родственницами!

Жозефина, хихикая, закружилась под потолком, но взглянув на часы, взвизгнула, метнулась обратно и громко закричала:

— Десять пятнадцать! Пора открываться!

И тут же внутрь ворвался стук повозок, гул машин, голоса уличных торговцев…

Дед выглянул из кладовки, попросил Люсю еще две минуты последить за товаром и исчез. Посреди прилавка неожиданно возник Гриша, подмигнул зеленым глазом Люсе.

— Ну что, готова к приключению? — спросил кот, не здороваясь.

Люся удивленно уставилась на своего хвостатого собеседника.

— Какому приключению, котик? Я что, буду уговаривать болотников позволить феям украсить их шалаши?

— Не совсем так, мяу. Но ты на месте разберешься, что к чему. Приготовься, сейчас тебя ждет чудесное приключение. Веерами и сумкой-сундуком пользоваться, я думаю, научишься, не зря я тебе вчера целый час рассказывал про них, — в руках девочки оказалась крохотная бархатная сумочка… — Здесь все необходимое. Кстати, хочу заметить, веера я тебе подобрал просто уникальные. Обрати особое внимание на сиреневый — редкий экземпляр. Одновременно и путешествиями ведает, и превращениями. Ты его уже испытала на себе, — кот не то мурлыкнул, не то хихикнул.— Обучишься им пользоваться, мы с тобой дуэль устроим — кто кого. У меня самого почти такой же есть! Хотя, я больше люблю без вееров превращаться, но так дольше выходит.

Он еще раз осмотрел девочку.

— Уверен, что ты вернешься обратно настоящей волшебницей!

И кот, не давая Люсе хоть как-то возразить, направил на нее неизвестно откуда взявшийся сиреневый веер…

* * *

— Зря ты так, Гришенька, — Сергей Сергеич вышел на улицу, щурясь от яркого солнца. — Нет у нее великих способностей. Я проверял. Придется тебе отправляться за девочкой на болота, хоть я и не вижу над ней тени неудач на ближайшие дни.

Девочка и кот

— Отправиться отправлюсь. Но помогать не буду. Зачем делать за нее то, что она может сделать сама? Настоящей волшебницей можно стать без посторонней помощи. Желанье на то есть, упорства, я думаю, тоже достаточно. Раз Люся верит в чудеса, она их встретит и даже сама сможет в них поучаствовать. Я вчера весь вечер на кофейной гуще гадал: у нее получится! Сергеич, не дрейфь, не пропадет девчонка. Все лучше, чем сидеть в пыльной лавке и переживать об упущенных возможностях. Главное, что я в нее верю, и она это знает и не подведет!

И мудрый кот, раскрыв заранее припасенный веер, отправился вслед за Люсей. Старичок же только пожал плечами. Пусть путешествует, пока молодая. Может, и выйдет толк. Гришенька в молодости и его, Сергеича, воспитывал, мечтал укротителем драконов сделать… Может, хоть с девочкой ему повезет.

От редакции. Интересно, что было дальше? По секрету скажем — приключений на долю Люси Камаевой выпало с избытком! Еще бы — рукопись Елены Ларичевой «Внучка волшебника»-тол стая-претол стая! А вот узнать о невероятных событиях вы сможете только тогда, когда рукопись станет книгой. Так что теперь все зависит от издателей. Добрые волшебники, ау, где вы?

Избранные главы из сказочной повести




Алена Ларичева
Художник Катя Толстая
Страничка автора Страничка художника




© 2001 - 2017